travel
Американец в Париже: Жан-Пьер Мельвиль

Американец в Париже: Жан-Пьер Мельвиль

1038
0

Касым Орозбаев

автор публикации
Мельвиль всегда был вне течений. как кит из романа его любимого писателя он плавал только в одиночку. а таких история не любит и постоянно пытается выбросить на какой-нибудь заброшенный островок. Мельвиля почти забыли. «Почти» - поскольку всегда найдется несколько таких же одиноких путников в мировом океане кино, для которых фильмы Мельвиля светятся тусклыми огнями маяка.

Сначала – цирк

Жан-Пьер Грюмбах родился 20 октября 1917 года в Париже в семье эльзасских евреев. Дядя ЖанПьера, состоявший в дружбе с самим Морисом Шевалье, часто водил племянника на музыкальные и цирковые выступления. Театр, опера и цирк нравились тогда маленькому Жан-Пьеру гораздо больше скучных, немых фильмов. Любовь к кино приходит к нему только в конце 30-х, когда Грюмбах берет себе псевдоним Мельвиль – в честь любимого писателя Германа Меллвила – и вступает в ряды Сопротивления.

Кино Мельвиль любил фанатично. Так, например, недельное увольнение в Лондоне было целиком потрачено на просмотр 28 фильмов. Вернувшись с фронта, Мельвиль решает попробовать свои силы в режиссуре и подает заявления на участие в съемках в качестве ассистента. Везде получив отказ, начинающий режиссер снимает короткометражку за свой счет. «24 часа из жизни клоуна» – дань памяти детству, проведенному под куполом цирка. фильм снят в документальной манере, с большим количеством городских пейзажей. Именно эта стилистика, развитая в последующих фильмах, дала повод называть Мельвиля прародителем французской «новой волны».

Made in USA

В качестве литературного источника для своего первого полнометражного фильма Мельвиль выбрал повесть Жана Брюллера «Молчание морей» – идеологический манифест всего французского Сопротивления. История о немецком офицере, разочарованном в военной кампании своей собственной страны, очень сильно выбивается из всей фильмографии режиссера. Дело в том, что Мельвиль является режиссером в некотором смысле уникальным – его совершенно не интересуют идеи и смыслы. Будучи абсолютным формалистом, Мельвиль часто подвергался обвинениям в отсутствии политического и идеологического сознания (для француза более серьезного проступка и придумать нельзя). Даже такой проницательный критик, как Серж Даней, лидер левой интеллектуальной мысли, видел в Мельвиле «певца буржуазных мифов». Казалось бы, кому, как не левым исследователям, помнить главный эстетический постулат марксизма-ленинизма: «форма суть застывшее содержание».    

Противоядие подчас излишней французской идеологичности Мельвиль нашел по другую сторону Атлантики – в великой традиции американского жанрового кино. Несмотря на кодекс Хейса – главный инквизиционный документ Голливуда – американское кино всегда было прежде всего зрелищем. Именно чистое удовольствие от картинки, от самого факта проекции образов на экран привлекало Мельвиля и как заядлого зрителя, и как автора фильмов. «Я любитель в том смысле, что я очень люблю кино», – повторял режиссер. При этом по части технической «любитель» Мельвиль на голову превосходил всех французских режиссеров. Просматривая сотни американских довоенных фильмов, Мельвиль научился мыслить не словами и идеями, а образами и схемами. Нахождение на стыке американской и французской культур, собственно, и стало причиной «потерянности» режиссера в истории кино.

Детективное французское

После «Молчания морей» Мельвиль снимает еще два фильма, которые принято относить к раннему периоду: «Ужасные дети» – по одноименному произведению Кокто – и «Когда ты прочтешь это письмо». И только в 1955 году на экраны выходит «Боб – прожигатель жизни» – первый мелвилевский фильм, в котором заявлена эстетическая установка автора. «Боб…» – это детектив, тяготеющий к традиции американских нуаров. В этом жанре будут сняты все главные фильмы Мельвиля. Картина получилась очень дешевой и демократичной в плане организации съемок. Именно «Боб…», по мнению Георгия Дарахвелидзе, главного (и пока, к сожалению, единственного) русскоязычного исследователя творчества Мельвиля, вдохнул жизнь в «новую волну».

Спустя 4 года, в 1959 году, появляется фильм «Двое на Манхэттене». Главные роли исполняют сам Мельвиль и его армейский друг Пьер Грассе. В этой картине, так же, как и фильме «Боб – прожигатель жизни», все еще присутствуют психологизм и «человеческие» эмоции – в отличие от более позднего периода творчества.

Фильм «Стукач» вышел в 1962 году и стал поворотным в творчестве режиссера. Тот уникальный мельвилевский стиль, что был опробован в предыдущих картинах, достиг в «Стукаче» своего полного расцвета. Отныне и впредь Мельвиль будет снимать исключительно криминальные драмы, перетекающие в фильмы-нуар. Криминальный мир в фильмах Мельвиля – это не просто некая часть нашей жизни, от которой нам никуда не деться. Нет. Он и есть сама эта жизнь. Так же, как в древних мифах и легендах каждый мужчина непременно был воином и мужественно погибал на священной войне, так и во вселенной Мельвиля каждый человек – либо преступник, либо полицейский, а зачастую и тот и другой одновременно. Здесь нет никакой «обыденной жизни», нет этики, нет психологии. Есть только жесткая схема развития криминального сюжета и девятимиллиметровый пистолет, чтобы этому самому развитию сюжета попытаться помешать – разумеется, безуспешно. Слово «Конец» в этом мире – это всегда конец чьей-то жизни. Однако не стоит браться за платочки. Смерть здесь – это единственный способ придания ценности жизни.

Квентин Тарантино, отзываясь о героях фильмов Мельвиля, постоянно говорит о японском слове «дзинга» – своего рода симбиозе морали, чести и следования высшим ценностям. Нелишним будет вспомнить о восточных традициях и при рассмотрении сюжета фильмов Мельвиля. В отличие от обычных запутанных лабиринтообразных детективов типичный мельвилевский сюжет – это, скорее, пустыня, заполненное ничто, столь часто встречающееся в восточной мифологии.

Встречи в «Красном круге»

В 1966 году выходит фильм «Второе дыхание» – криминальная драма об авторитетном преступнике, чьим главным оружием являются честь и достоинство. Принадлежность к детективному жанру и захватывающие сцены ограблений и убийств сделали «Второе дыхание» одним из самых популярных фильмов у простых зрителей. Именно это стало причиной разлада между Мельвилем и представителями «новой волны». Последние обвиняли его в том, что он потакает вкусам публики. Самому Мельвилю, видимо, было абсолютно все равно на мнение молодых и дерзких коллег.

Вслед за «Вторым дыханием», последним черно-белым фильмом режиссера, следует культовая трилогия с Аленом Делоном в главной роли: «Самурай», «Красный круг» и «Полицейский». Все три фильма, будучи связаны общей стилистикой, образуют совершенно особый мир внутри вселенной Мельвиля. Наиболее же популярным из всей трилогии является фильм «Самурай». Ален Делон в роли серийного убийцы предстает своего рода самураем 20-го века. За тем лишь исключением, что вместо меча у него пистолет с глушителем. Во всем остальном герой Делона в точности следует «пути воина»: движения медленны и размеренны, в глазах ни намека на испуг или сомнение, смерть воспринимается как неотъемлемая часть жизни. В рамках трилогии Мельвиль доводит до совершенства свои принципы съемки. Абсолютно схематичное, чуть ли не притчевое повествование подается вместе с филигранной операторской работой Анри Декаэ и Вальтера Воттица. Сцены ограблений показываются в реальном временном масштабе. Сцены убийств обставлены очень «обыденно»: ни музыки, ни криков – только короткий хлопок и неестественно лежащий человек. Используя всем известные жанровые коды, Мельвиль преподносит их в таком свете и ракурсе, что они невольно образуют нечто новое, отличное от того, к чему все привыкли.

Кинолюбитель

Влияние позднего творчества Мельвиля на криминальный жанр трудно переоценить. Один только «Самурай» породил сразу два выдающихся фильма 90-х – речь идет о «Наемном убийце» Джона Ву и «Псе-призраке» Джима Джармуша. Кстати, именно Ву вместе с Тарантино вернули имя Мельвиля из небытия, в которое критики и зрители отправили его сразу после смерти. По словам самого Тарантино, на примере Мельвиля он убедился, что «если ты любишь кино, любишь кино по-настоящему. То тебе просто никуда не деться от того, чтобы снять хороший фильм». Жан-Пьер Мельвиль любил кино. Любил по-настоящему. И как подобает настоящей любви, Мельвиль ничего от кино не требовал – ни великих идей, ни славы, ни заверений в собственной значимости. Он только отдавал. Отдавал себя целиком

КРИМИНАЛЬНЫЙ МИР В ФИЛЬМАХ МЕЛЬВИЛЯ – ЭТО НЕ ПРОСТО НЕКАЯ ЧАСТЬ НАШЕЙ ЖИЗНИ, ОТ КОТОРОЙ НАМ НИКУДА НЕ ДЕТЬСЯ. НЕТ. ОН И ЕСТЬ САМА ЭТА ЖИЗНЬ. ТАК ЖЕ, КАК В ДРЕВНИХ МИФАХ И ЛЕГЕНДАХ КАЖДЫЙ МУЖЧИНА НЕПРЕМЕННО БЫЛ ВОИНОМ И МУЖЕСТВЕННО ПОГИБАЛ НА СВЯЩЕННОЙ ВОЙНЕ, ТАК И ВО ВСЕЛЕННОЙ МЕЛЬВИЛЯ КАЖДЫЙ ЧЕЛОВЕК – ЛИБО ПРЕСТУПНИК, ЛИБО ПОЛИЦЕЙСКИЙ, А ЗАЧАСТУЮ И ТОТ И ДРУГОЙ ОДНОВРЕМЕННО.










 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В ОТЛИЧИЕ ОТ ОБЫЧНЫХ ЗАПУТАННЫХ ЛАБИРИНТООБРАЗНЫХ ДЕТЕКТИВОВ ТИПИЧНЫЙ МЕЛЬВИЛЕВСКИЙ СЮЖЕТ – ЭТО, СКОРЕЕ, ПУСТЫНЯ, ЗАПОЛНЕННОЕ НИЧТО, СТОЛЬ ЧАСТО ВСТРЕЧАЮЩЕЕСЯ В ВОСТОЧНОЙ МИФОЛОГИИ. 











 

Читайте также:

  • Сакральный стиль:  Карл Теодор Дрейер
    828
    0

    Сакральный стиль: Карл Теодор Дрейер

    С МОМЕНТА СВОЕГО ПОЯВЛЕНИЯ КИНЕМАТОГРАФ СУЩЕСТВОВАЛ ПО ПРЕИМУЩЕСТВУ КАК РАЗВЛЕЧЕНИЕ. ОДНАКО ВСЕГДА НАХОДИЛИСЬ И, К СЧАСТЬЮ, НАХОДЯТСЯ КИНЕМАТОГРАФИСТЫ, ДЛЯ КОТОРЫХ МЕХАНИЗМ ФИКСАЦИИ ОКРУЖАЮЩЕЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ ВЫХОДИТ ДАЛЕКО ЗА РАМКИ ПРОСТОЙ ОБМАНКИ. БЛАГОДАРЯ ТАКИМ ЛЮДЯМ СТАЛО ОЧЕВИДНО, ЧТО КИНО – ЭТО ОСОБЫЙ ЯЗЫК. ЯЗЫК, ОБЛАДАЮЩИЙ СОБСТВЕННОЙ СТРУКТУРОЙ И ПОЭТИКОЙ. ЯЗЫК, НА КОТОРОМ МОЖНО ГОВОРИТЬ КАК О НИЗКОМ, ТАК И О ВОЗВЫШЕННОМ. И ЕСЛИ НИЗКИЙ ЖАНР РАЗВИВАЛСЯ СИЛАМИ ОЧЕНЬ БОЛЬШОГО КОЛИЧЕСТВА ДЕЯТЕЛЕЙ КИНО, ТО ФЕНОМЕН ВОЗВЫШЕННОГО ОБЯЗАН СВОИМ ПОЯВЛЕНИЕМ НА ЭКРАНЕ СОВСЕМ НЕБОЛЬШОМУ КРУГУ РЕЖИССЕРОВ. ОДНИМ ИЗ НИХ ЯВЛЯЕТСЯ КАРЛ ТЕОДОР ДРЕЙЕР.

  • Смысл – есть
    687
    0

    Смысл – есть

    ПОПКОРН ПОЯВИЛСЯ В АМЕРИКАНСКИХ КИНОТЕАТРАХ ЗАДОЛГО ДО ЗВУКА И ЦВЕТА. И ДЕЛО ЗДЕСЬ, РАЗУМЕЕТСЯ, НЕ В ТОМ, ЧТО БЕДНЫЙ ЗРИТЕЛЬ ТАК СПЕШИЛ НА КИНОСЕАНС, ЧТО НЕ УСПЕВАЛ ДАЖЕ УДОВЛЕТВОРИТЬ ПОТРЕБНОСТЬ, ЛЕЖАЩУЮ В ОСНОВЕ ПИРАМИДЫ МАСЛОУ. ПРОСТО "АППЕТИТ ГЛАЗА" - ЭТОТ БЕЗДОННЫЙ КОЛОДЕЦ, ВСЕГДА ПУСТОЙ И НИКОГДА НЕ МОГУЩИЙ БЫТЬ НАПОЛНЕННЫМ – ПРЕВРАЩАЛСЯ В АППЕТИТ ОБЫКНОВЕННЫЙ. НЕ БУДЕТ БОЛЬШИМ ПРЕУВЕЛИЧЕНИЕМ СКАЗАТЬ, ЧТО ЗРИТЕЛИ С КУЛЬКОМ И ПЛАСТИКОВЫМ СТАКАНОМ СМОТРЯТ ФИЛЬМ СКОРЕЕ ЖЕЛУДКОМ. ЧТО ЖЕ КАСАЕТСЯ КАРТИН, ПРИВЕДЕННЫХ НИЖЕ, ТО ДЛЯ ИХ ПРОСМОТРА ВЕСЬМА АКТУАЛЬНЫМ БУДЕТ СТОЛЬ НЫНЕ ПОПУЛЯРНОЕ ШУНТИРОВАНИЕ ЖЕЛУДКА. ВЕДЬ РЕЧЬ ПОЙДЕТ О ЕДЕ, А ЭТО ЗНАЧИТ, ЧТО СЛЕДУЕТ ВДВОЙНЕ НАПРЯЧЬ СВОЕ ЗРЕНИЕ. НЕЛЬЗЯ ДАТЬ ЖЕЛУДКУ ПОХИТИТЬ НАШЕ УДОВОЛЬСТВИЕ.

Комментарии:

Авторизоваться чтобы можно было оставлять комментарии.

Что ещё обсуждают:

Top